Я полез проверить одну фразу из подкаста с Антоном Гладковым — и провалился в маленький архив коллективного залипания 2025 года.
Короткая версия осталась в посте «Лося в проде». Здесь собрал полный таймлайн, добавил собственный опыт с xedoc.ru и попытался понять, почему инструмент, который должен экономить время, внезапно съедает весь день.
Антон рассказывает, что окончательно уселся разбираться с агентами в конце августа — начале сентября 2025-го. Хотел лично доказать себе, работает всё это или нет. Доказал — и с сентября практически не отлипал.
До декабря ещё получалось жить какой-то другой жизнью. Потом он увидел глубину задач, которые уже можно делать, и скорость, с которой теперь получается «запрыгнуть» наверх.
«Это как-то опьянило настолько».
На 12:08 он формулирует режим дня: подъём около 10:30, сон около 4:30, между ними до шестнадцати часов разработки и мыслей о ней.
Антон Гладков. Кадр из выпуска «Книжного чела», 12:08.
И вот тут стало интересно. У этого чувства есть довольно точный таймлайн.
Февраль: Karpathy нажал Accept All
2 февраля 2025 года Andrej Karpathy назвал этот режим vibe coding: отдаться вайбу, принять экспоненту и забыть, что код вообще существует.
Он всегда жал Accept All, перестал читать diff и просто возвращал ошибки модели. Код быстро вырос за пределы привычного понимания, приложение при этом mostly works.
Karpathy оговаривал область применения: одноразовые проекты на выходные. Интернет услышал другую часть — между идеей и работающим экраном внезапно осталось несколько разговоров с агентом.
Andrej Karpathy. Кадр из выступления Y Combinator «Software Is Changing (Again)», 29:10.
На этом этапе агент в основном заменял клавиатуру. Человек держал архитектуру в голове, видел весь проект и использовал модель как очень быстрый генератор реализации.
Проблема начиналась, когда эксперимент переживал выходные. Accept All отлично сокращает путь до первого работающего экрана и примерно так же быстро увеличивает расстояние до понятного кода.
Май: кошачья мята для программистов
Создатель Flask Armin Ronacher полностью погрузился в agentic programming в начале мая.
Через полтора месяца он вынес на слайд:
I currently don’t sleep a lot. Claude Code is catnip for programmers.
Следом Armin говорит, что давно не чувствовал столько энергии и желания пробовать новое. И сразу называет процесс incredibly addicting.
Armin Ronacher. Кадр из «Agentic Coding: Armin Ronacher», 1:41.
Здесь меняется сама роль программиста. Вместо последовательного написания функций он держит несколько гипотез, отдаёт реализацию агенту, проверяет результат и сразу открывает следующую ветку эксперимента.
Обратная связь ускоряется. Раньше странная идея должна была пережить настройку проекта и вечер кода. Теперь через двадцать минут она уже дёргает API, рисует интерфейс и просит добавить авторизацию.
Июнь: Claude буквально может всё
Peter Steinberger после продажи PSPDFKit выгорел и примерно три года почти не открывал комп. Агентное программирование вернуло его обратно.
3 июня, после двух месяцев ежедневной работы с Claude Code, он описал главный щелчок в голове:
Claude can literally do anything I ask on my computer.
Это уже другой уровень отношений с инструментом. Модель пишет код, но её полезность определяется доступом к компу: файлам, терминалу, браузеру, Git, сборке и сервисам.
К августу появился Claude Code Anonymous. Peter представляется «Claudoholic», пишет друзьям в четыре утра и посвящает агентам почти всё время бодрствования. Чем больше он строит, тем больше новых проектов придумывает.
Вишенка: он сделал VibeTunnel, чтобы ходить к Claude, Gemini и Codex с телефона. Сам описал проект как способ получить доступ к своей «дозе» ещё удобнее :D
Peter Steinberger у своего компа. Фото с его страницы About, лицензия CC BY 4.0.
Июль: старые проекты снова стали возможными
Steve Yegge рассказывал, что уже бросил программирование, а приход AI заставил его вернуться. Вещи, которые годами лежали в папке «когда-нибудь», внезапно перестали выглядеть многомесячными стройками.
Вот здесь я узнаю самый сильный эффект агентов. Они сокращают стоимость входа в задачу. Уже не нужно помнить весь стек, поднимать шаблон, искать библиотеку и два часа собирать первый скелет. Можно начать с описания результата и разбираться с деталями по мере появления работающих частей.
Это возвращает энергию. Заодно открывает ворота всем идеям сразу.
Сентябрь: 350 тысяч строк и пепелище
1 сентября Steve сел делать оркестратор агентов. Через сорок дней и ночей получил 350 000 строк кода. Потом обнаружил две фундаментальные архитектурные ошибки и сжёг проект целиком.
Из пепла вырос Beads. Сам Steve продолжил вайбкодить и отдельно уточнил, что процесс вызывает зависимость. А 350 тысяч строк уже успели материализоваться, пока человек находился внутри ощущения «ещё один промпт — и всё соберётся».
Steve Yegge. Кадр из интервью The Pragmatic Engineer, 42:55.
Старый мир давал архитектурной ошибке время проявиться. Пока человек руками писал первые двадцать тысяч строк, он много раз упирался в неудобную границу и мог поменять направление.
Агент способен за ночь превратить ошибочное предположение в большую, аккуратно типизированную систему. Скорость реализации выросла сильнее, чем скорость принятия решений. Поэтому архитектура теперь дорожает раньше, чем код.
Почему это так затягивает
Я вижу четыре механизма, которые складываются друг с другом.
Мгновенная обратная связь
Промпт почти сразу превращается в движение: создаются файлы, запускаются команды, появляется экран. Мозг получает подтверждение, что идея живая, раньше привычного сопротивления.
Незакрытый цикл
Агент редко заканчивает работу фразой «всё идеально». Обычно остаётся очевидный следующий шаг: поправить тест, ускорить запрос, добавить экран, подчистить типы. Он достаточно маленький, чтобы начать сейчас, и достаточно полезный, чтобы отложить сон.
Цена попытки резко упала
Раньше новая идея конкурировала за целый вечер. Теперь она просит двадцать минут. Таких двадцатиминутных идей за день почему-то помещается сорок :D
У агента нет времени суток
Он одинаково бодро принимает задачу в 11:00 и в 4:30. У него нет ощущения, что следующую архитектурную развилку лучше оставить до утра. Ограничение должен принести человек, который к этому моменту уже увлечён результатом.
Vibe coding и agentic engineering — разные режимы
Я для себя разделяю два подхода.
Vibe coding подходит, когда нужно проверить идею, сделать одноразовый инструмент или понять, возможен ли интерфейс вообще. Скорость важнее долговечности, а код можно выбросить.
Agentic engineering начинается, когда результат должен жить. Здесь агент работает внутри ограничений:
- есть структура проекта и правила репозитория;
- решения сохраняются в спеках;
- изменения идут небольшими этапами;
- тесты и сборка обязательны;
- diff читает человек или отдельный ревьюер;
- publish, merge и deploy имеют явные ворота.
Один режим не хуже другого. Неприятности начинаются, когда прототип незаметно становится продом и продолжает жить по правилам выходного эксперимента.
В xedoc.ru я дошёл до той же точки
В этих историях я узнаю собственную траекторию. Я собирал xedoc.ru как своего рода агента для всего и откуда угодно.
Открываю проект из браузера или VS Code, выбираю модель и продолжаю работу с того места, где остановился. За чатом лежит реальный контур: репозиторий, ветка, сервер, история запусков, Git, сборка и деплой.
Сначала я больше смотрел на выбор модели и самого агента. Потом список живых проектов начал расти — и центр тяжести переехал в Projects.
Именно проект хранит смысл: что я строю, зачем, какие решения уже приняты, что сейчас сломано и куда отправлять результат. Провайдера завтра можно переключить. Контекст проекта должен пережить это переключение.
Инструменты решают ничуть не меньше. Без файлов, терминала, Git, тестов и прода даже самая умная модель остаётся очень талантливым знакомым за стеклом. Много понимает, руками помочь не может :D
Поэтому фраза «агент может всё» у меня теперь раскладывается на три части:
Проект хранит смысл. Модель думает. Инструменты дотаскивают результат до прода.
Куда делся старый предохранитель
Раньше идея должна была пережить оценку сроков, поиск свободного вечера, настройку проекта и несколько часов тупняка над первым экраном. Половина задумок спокойно умирала в заметках. Это был довольно эффективный предохранитель от собственного воображения :D
Агент резко уронил цену попытки. Теперь каждая странная идея быстро показывает признаки жизни. Каждый удачный прогон подтверждает: потолок и правда поднялся. Каждый сломанный прогон шепчет, что до победы остался ещё один промпт.
Узким местом становится человек — его внимание, вкус, архитектурные решения и скорость появления новых задач.
Отсюда одна и та же странная формула у разных людей: инструмент экономит время, а работать хочется ещё больше.
Реальные результаты никуда не исчезают. Peter вернул себе интерес к разработке. Steve достал проекты из программистской пенсии. Антон автоматизировал процессы агентства. Вместе с этим приходят чёрные круги под глазами и иногда 350 тысяч строк TypeScript, которым уже поздно объяснять первоначальный замысел.
Правила, которые я сейчас пробую
Я не хочу лечить интерес к разработке. Хочу отделить скорость агента от собственного режима.
Идеи идут в очередь
Новая задумка получает короткое описание и критерий первого результата. Она не прерывает текущий проект только потому, что модель готова стартовать прямо сейчас.
У сессии есть бюджет
До запуска определяю лимит времени, денег и числа проходов. «До готовности» не считается лимитом. Особенно ночью.
Архитектурные решения принимаются до генерации массы кода
Если ошибка способна размножиться на сотни файлов, сначала нужна маленькая проверка границ: интерфейсы, данные, жизненный цикл и способ отката.
Diff остаётся обязательным
Чем быстрее агент пишет код, тем важнее смотреть на изменения по смысловым кускам. Огромный diff уже сам по себе сигнал, что задача потеряла границы.
Ночью агент может работать без меня
Спеки, worktree, тесты и стоп-условия позволяют отправить готовую задачу в очередь. Повторять график агента человеку не требуется. В 4:30 он действительно готов на всё. Особенно на ещё один маленький рефакторинг :DD
Источники и продолжение: выпуск с Антоном Гладковым, пост Karpathy, Armin Ronacher про agentic coding, Peter Steinberger, история Beads и исходный пост в Telegram.